Вопрос: У акционерного общества (далее - Банк) возник вопрос о порядке налогообложения НДС операции по уступке прав требования, вытекающих из Соглашения о предоставлении синдицированного кредита, к которому Банк присоединился в качестве кредитора 11 августа 2020 г. (далее - Соглашение). Соглашение подчиняется английскому праву.
В соответствии с Соглашением, заключенным между заемщиком - иностранным банком и кредитным агентом - иностранной организацией (далее - Агент) и банками-кредиторами, Банк предоставил заемщику кредит с обязательствами заемщика его возврата равными долями, с уплатой процентов.
Соглашением предусмотрено осуществление возврата посредством перечисления денежных средств на счет Агента, который после получения от заемщика денежных средств незамедлительно обязан перечислить их кредиторам (в том числе Банку).
Денежные требования Банка к Агенту по выплате срочных процентов и погашению задолженности по кредиту возникли в феврале 2022 г. - августе 2023 г., Агент отказался перечислить эти средства Банку, оставил их на специальном счете ввиду введения в отношении Банка нормативными актами Великобритании санкций, запрещающих осуществление любых банковских и иных операций и сделок с его участием.
Заемщик также письменно подтвердил факт погашения кредита и процентов в установленный соглашением срок путем перечисления всех денежных средств на счет Агента.
Указанные обстоятельства по незаконному удержанию Агентом причитающихся Банку денежных средств, полученных Агентом от заемщика в целях возврата Банку кредита и уплаты процентов, послужили основанием для обращения Банка в российский суд с иском о взыскании с Агента незаконно удержанных денежных средств и госпошлины в рамках исполнения обязанностей Агента по Соглашению.
Суд, следуя нормам применимого иностранного (английского) права, квалифицировал задолженность в качестве убытков (damages) как основного средства правовой защиты в случае нарушения положений договора. В результате решением суда определено взыскать с Агента сумму убытков в том понятии, которое используется в английском праве.
В настоящее время Банк рассматривает возможность уступки указанных требований другому юридическому лицу.
Согласно пп. 26 п. 3 ст. 149 НК РФ освобождаются от налогообложения НДС операции по уступке (переуступке, приобретению) прав (требований) кредитора по обязательствам, вытекающим из договоров по предоставлению займов в денежной форме, и (или) кредитных договоров, соглашений о финансировании участия в кредите (займе) в денежной форме.
Верно ли, что уступка денежных требований по судебному акту, исходя из существа требований Банка к Агенту, вытекающих из Соглашения о предоставлении синдицированного кредита, не подлежит налогообложению НДС в соответствии с положениями пп. 26 п. 3 ст. 149 НК РФ?
Ответ: Согласно подпункту 26 пункта 3 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) не подлежат налогообложению налогом на добавленную стоимость операции по уступке (переуступке, приобретению) прав (требований) кредитора по обязательствам, вытекающим из кредитных договоров, а также по исполнению заемщиком обязательств перед каждым новым кредитором по первоначальному договору, лежащему в основе договора уступки, независимо от того, кто является исполнителем обязательств по первоначальному кредитному договору, лежащему в основе договора уступки.
В соответствии с частью первой статьи 2 Федерального закона от 31 декабря 2017 г. N 486-ФЗ "О синдицированном кредите (займе) и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" по договору синдицированного кредита (займа) несколько кредиторов (далее - синдикат кредиторов) обязуются согласованно друг с другом предоставить или предоставлять заемщику денежные средства в размере и сроки, предусмотренные договором для каждого кредитора, а заемщик обязуется возвратить кредиторам полученные от них денежные средства, уплатить проценты за пользование денежными средствами, а также иные платежи, если обязанность их уплаты предусмотрена договором.
В связи с этим банк, являющийся кредитором по договору (соглашению) синдицированного кредита, при уступке прав (требований) по обязательствам, вытекающим из данного договора (соглашения), применяет освобождение от налогообложения налогом на добавленную стоимость, предусмотренное вышеуказанным подпунктом 26 пункта 3 статьи 149 Кодекса, независимо от того, кто является исполнителем обязательств по первоначальному кредитному договору, лежащему в основе договора уступки.
Основание: ПИСЬМО МИНФИНА РОССИИ от 10.10.2025 N 03-07-05/98493
